ЖАЛОБА В ЕСПЧ

Видео "Памяти жителей Санкт-Петербурга и всех соотечественников, погибших над Синаем" смотрите на страницах ЖЕСТОКОСТЬ, АКТЁРЫ И РОЛИКОТЁНОКЖЕСТОКИЙ ДОМ

Авиакатастрофа над Синаем в результате террористического акта не только самая массовая по гибели граждан России  за всю мировую историю авиации, но она беспрецедентна жестоким отношением окружающих к матери жертвы террора против России: 7-Й ФАКТОПЦИЯ-Happy Birthday.

 

Опубликовано на facebook. 

В Керчи погибли дети, опять страдания родителей - страшные и мучительные. В Крым направляются целые бригады психотерапевтов и психиатров, чтобы помочь выжить родным и близким погибших, а вот "психиатры" из нотариата Санкт-Петербурга и Федеральной нотариальной палаты, устроившие сеанс карательной психиатрии - увольнение с работы - для матери, потерявшей любимую дочь в теракте над Синаем 31 октября 2015 года, когда долгое время нельзя было опознать и похоронить дочь, добились того, что мать только ненадолго пережила дочь - сайт нотариальная драма, www.nnpspb.com 

Искренние соболезнования тем, кто потерял близких. Наверное, никаких слов не хватит, чтобы передать словами их горе, никому не пожелаешь. Молодые погибают на взлёте жизни. Так и хочется сказать: "не улетайте!!!", земля без них пустеет.

РЕПОРТАЖ "ЧЁРНАЯ ДОЛЯ" НА КАНАЛЕ - РОССИЯ 24. НОТАРИУС МОСКВЫ АМЕЛЬКИНА Е.А. "ЗАВЕДОМО ЗНАЛА О ПОДЛОГЕ ДОКУМЕНТОВ", НО ПО НАСТОЯНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НОТАРИАЛЬНОЙ ПАЛАТЫ УВОЛЬНЯЛИ ЧЕСТНОГО ПРАВОСЛАВНОГО НОТАРИУСА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА Т.М

https://www.youtube.com/watch?time_continue=3852&v=X-q4q7NFIWA, время Амелькиной Е.А. 28:13

Московский комсомолец "Меняю квартиру на могилу" http://www.mk.ru/social/2014/05/13/menyayu-kvartiru-na-mogilu-2.html 

Кроме того, Амелькина Е.А., являясь длительное  время администратором доменного имени notary.office.ru (нотари.офис или нотариальный офис), принимала участие в реализации незаконного проекта виртуальной нотариальной конторы, основанном на сборе персональных данных граждан сторонними коммерческими структурами в нарушение законодательства о нотариате и законодательства о персональных данных, приглашала присоединиться к «проекту» других нотариусов РФ. Где сейчас собранные данные?

 CM. - НОТАРИАЛЬНАЯ КОНТОРА

Новости с православного фронта

30 Май. 2018 г.

Расстреляв обойму

Подробности: кум и помощник московского нотариуса Игоря Артюха расстрелял прохожего - https://360tv.ru/news/obschestvo/normalnyj-spokojnyj-chelovek-svodnyj-brat-strelka-na-bmw-rasskazal-o-napadavshem/.

По предварительной информации, нотариус Игорь Артюх присутствовал при том, как его сын выследил, а потом расстрелял в спину безоружного человека.

Сам нотариус ранее проходил по делу о банде чёрных риелторов, присваивавших квартиры умерших москвичей на основании фальшивых доверенностей, которые изготовлял Игорь Артюх.

В общем, воспитание жестокости и цинизма в нотариате проходит "успешно": оскорбляют, унижают, расстреливают мирных граждан, подделывают документы, торгуют чужими персональными данными и "душат" честных коллег - честные нотариусы там не в чести, так как вредят профессиональной чести и имиджу нотариата, читайте на страницах сайта.

Руководство Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, старательно рядящееся в православные одежды, беспощадно уволило честного нотариуса, порядочного человека, мать жертвы катастрофы над Синаем и верную прихожанку Русской православной церкви. Прямое отношение к этому имело Главное Управление Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу.

ЖАЛОБА В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Европейский суд по правам человека - формуляр жалобы

Здравствуйте, уважаемые дамы и господа!

1. Суть моей жалобы в том, что два суда России, а именно: Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга и Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга и все вышестоящие судебные инстанции отказали мне в судебном разбирательстве по спору с Нотариальной палатой Санкт-Петербурга о признании недействительным решения общего собрания нотариусов, состоявшегося 24 апреля 2015 года, по пункту 8 "о выходе в суд с иском о лишении права нотариальной деятельности нотариуса Санкт-Петербурга Т.М. (приложение №1, протокол собрания, стр.1). При этом я с 08 апреля 2004 года по 01 июля 2016 года являлась нотариусом, занимающимся частной практикой в нотариальном округе Санкт-Петербург, принимала участие в собрании, голосовала против такого решения. На основании решения собрания Нотариальная палата подала иск  во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга о лишении Т.М. права нотариальной деятельности, а Т.М.  предъявила встречный иск о признании недействительным этого решения.

 2. Я пыталась присоединиться к иску Т.М. на её стороне, подав заявление о вступлении в дело во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга (приложение N6, мой иск во Фрунзенский суд, стр.30), в чём мне было отказано (приложение N7, определение об отказе во вступлении в дело, стр.34). Иск Нотариальной палаты Санкт-Петербурга суд удовлетворил, в удовлетворении встречного иска отказал (приложение N10, решение, с.4б). Решение суда первой инстанции вынесено 21 октября 2015 года, а 31 октября 2015 года, то есть через десять дней, дочь Т.М. - В., 199 г.р., погибла от рук террористов, взорвавших российский аэробус, летевший из Египта в Санкт-Петербург. Апелляционная инстанция Санкт-Петербургского городского суда оставила решение в силе (приложение N11, апелляционное определение, стр. 57). При рассмотрении 16 февраля 2016 года апелляционной жалобы Т.М. на решение суда первой инстанции, она, так и не пришедшая в себя после трагической гибели дочери, не могла даже стоять, но собралась с силами и поддержала свою апелляционную жалобу, полагая, что решение  общего собрания о выходе с иском в суд о лишении её права нотариальной деятельности принято с многочисленными нарушениями, а в основе такого решения - неприятие религиозных взглядов Т.М., которая являлась прихожанкой Русской Православной Церкви (далее -РПЦ). Религиозные взгляды Т.М., по утверждению  самой Т.М., объективно не нарушали ничьих прав, но не устраивали Нотариальную палату Санкт-Петербурга, с чем  лично я абсолютно согласна, так как сама принадлежу к РПЦ, полагаю это ничем иным как преследованием. Т.М. скончалась 16 мая 2016 года от горя и обиды через три месяца день в день после увольнения (приложение N3, обращение на электронную конференцию нотариусов о болезни Т.М., в тот же день она скончалась, стр.27) 

3.Нотариальная палата Санкт-Петербурга. Некоммерческая организация "Нотариальная палата Санкт- Петербурга" (далее - Палата) представляет собой профессиональное объединение, основанное на членстве нотариусов, занимающихся частной нотариальной практикой в нотариальном округе Санкт-Петербург. Высшим органом Палаты является собрание. Собрание вправе рассматривать любые вопросы в пределах компетенции  Палаты. Согласно статье 181.4 Гражданского кодекса РФ (приложение №5, распечатка ст.181.4, стр.28) решение  собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участие в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения. Решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев независимо от причин обжалования (оснований).

 4. Собрание, на котором было принято решение о выходе с иском в суд о лишении права нотариальной деятельности Т.М., и на котором рассматривались и иные вопросы, было проведено с многочисленными нарушениями при его подготовке и проведении, поэтому я была не согласна со всеми принятыми на нём решениями, по всем пунктам повестки дня, в том числе по вопросу о Т.М. В связи с этим, я практически сразу после собрания, то есть ещё до того, как Палата предъявила иск во Фрунзенский суд о лишении Т.М. права нотариальной деятельности, подала в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга иск о признании недействительными всех решений собрания, включая вопрос о Т.М. (пункт 8 повестки). Причины несогласия с принятыми решениями обусловлены, в том числе, применением на собрании интерактивного голосования радиопультами, которое раньше не практиковалось (приложение N2 стенограмма, стр.23), не был разработан регламент, нотариусы путались, царила неразбериха, приходилось голосовать дважды по одним и тем же вопросам. Практически в конце собрания председатель собрания -Президент Палаты Герасименко П.В. сказал буквально следующее: " Когда-нибудь мы научимся пользоваться этими пультами".

 5. Ключевая фраза "Когда-нибудь", то есть, когда нотариусы уже "проголосовали", чтобы выйти в суд по    увольнению нотариуса, оказывается, они не умели голосовать, что подтвердил сам Президент палаты после очередной путаницы. Однако Палата всё равно предъявила иск во Фрунзенский суд иск о лишении Т.М. права нотариальной деятельности. О том, что Герасименко П.В. произнёс фразу "когда-нибудь мы научимся пользоваться ЭТИМИ пультами", я указала в заявлении о вступлении в дело на стороне Т.М. во Фрунзенский суд Санкт- Петербурга, просила истребовать аудиозапись, но во вступлении в дело, как уже отмечалось, мне отказали. Эта фраза должна быть на аудиозаписи, но мне так и не удалось аудиозапись получить               

Кворум определялся мандатной комиссией только на начало собрания, а не по каждому вопросу, что следует и из  протокола собрания. Вопрос о нотариусе Т.М. рассматривался первым после перерыва, но после первой части собрания нотариусы массово начали вообще уходить, не сдав радиопульты, о чём было объявлено сотрудником компьютерного сектора, который призывал оставшихся не забыть сдать пульты после собрания. Как использовались пульты ушедших с собрания нотариусов, кто и как ими голосовал? Не исключено, что одни и те же лица голосовали несколькими пультами, возможно, и не нотариусы. В зале присутствовали лица, не являющиеся нотариусами, которые не вправе были голосовать, например, члены Палаты с совещательным голосом, сотрудники аппарата, приглашённые, сотрудники фирмы по обслуживанию оборудования. Кстати, что за фирма, никто не знал. 

  6. К тому же на второй части собрания (после перерыва) счётная комиссия практически отсутствовала, так как совершенно в другом помещении подводила результаты голосования по вопросу избрания членов Правления, который единственно был проголосован бюллетенями (они опускались в урну) во время перерыва, потом урну унесли в другое помещение для подсчёта голосов, а собрание продолжилось. Из всех 17 членов счётной комиссии в зале на собрании остался только один. Во время интерактивного голосования пультами он стоял спиной к залу и оглашал цифры, которые появлялись на экране с итогами голосования. Он не видел реальной ситуации в зале при голосовании, сколько пультов в руках каждого голосующего, почти никого не знал в лицо, так как стал нотариусом недавно. Я его не знала и думала, что он представитель фирмы, поставившей оборудование для голосования. Однако, даже зная в лицо каждого, отследить обстановку в зале одному невозможно. Несмотря на то, что в зале на второй части собрания после перерыва, а вопрос о Т.М. как раз и рассматривался первым после перерыва, 16 из 17 членов счётной комиссии отсутствовали, но все они заочно подписали так называемый протокол счётной комиссии, будто всё время были в зале и всё сами видели и слышали. Это не может являться правомерным. Если  члены счётной комиссии, отсутствующие в зале при голосовании, подписали протокол со слов члена счётной комиссии, который остался в зале за "дежурного", то он, в свою очередь, без возражений подписал протокол счётной комиссии по итогам голосования бюллетенями за кандидатов в члены Правления, но сам при подсчёте бюллетеней не присутствовал. К тому же кворум не проверялся, зал чисто визуально казался полупустым, принятые при отсутствии кворума решения ничтожны в силу закона (приложение №5, распечатка ст.181.5 Гражданского  кодекса, стр.29). Самое главное, что во Фрунзенский суд СПб протокол счётной комиссии Палата не представила, подтвердив, что счётная комиссия не работала. О протоколе счётной комиссии в решении этого суда нет ни слова, но в Смольнинский суд СПб Палата вдруг представила некий протокол счётной комиссии №2, который суд принял,  сославшись на него в решении, указав, что председатель счётной комиссии подводил  итоги голосования, не уточнив при этом, какого голосования: в зале или там, где подсчитывали бюллетени. Зато полупустой зал после перерыва и без членов счётной комиссии можно увидеть на фотографиях, так как в Палате есть штатный фотограф, который находился в зале в течение всего собрания, но мне не удалось получить эти фотографии, Палата мне отказала.

7. Вопрос в отношении нотариуса Т.М. в пункте 8 повестки дня был сформулирован следующим образом: "О результатах повторной выборочной проверки профессиональной деятельности нотариуса Т.М. и исполнения ею правил нотариального делопроизводства", а решение принято по вопросу "о выходе с иском в суд о лишении права нотариальной деятельности", то есть по вопросу, не включённому в повестку дня, что влечёт за собой ничтожность принятого решения (приложение №5, распечатка ст.181.5 ГК РФ, стр.29). Кроме того, согласно Положению о проверках профессиональной деятельности нотариусов, ставить вопрос о выходе в суд с иском о лишении нотариуса права нотариальной деятельности, можно только в случае признания итогов повторной проверки неудовлетворительными, такого решения в отношении Т.М. собрание не принимало. Решение собрания о выходе с иском в суд недействительно не единожды: счётная комиссия подписала акт заочно, сама ничего не видела, пульты могли быть использованы иными лицами, к концу собрания ими ещё не научились пользоваться, кворум не проверялся, вопрос о лишении права нотариальной деятельности в повестку дня не был включён, решение по Т.М. противоречит основам правопорядка и нравственности, так как свидетельствуют о нетерпимости к чувствам верующих. Три последних обстоятельства свидетельствуют о ничтожности решения в силу прямого указания закона - ст181.5 ГК РФ - независимо от итогов голосования. Следует отметить, что Палата заранее подготовила бюллетени для голосования по вопросу о выходе  с иском в суд о лишении права нотариальной деятельности, но не использовала их, хотя Т.М. и просила об этом, так как при голосовании бюллетенями всё было отработано годами, к тому же и состав Правления  проголосовали бюллетенями, можно было всё считать одновременно.

8. Главной «претензией» к работе Т.М. являлось то, что она не внесла в электронные реестры нотариата сведения об удостоверенных ею на момент проверки 167 доверенностях, об отмене 4-х доверенностей и 4-х удостоверенных завещаниях из-за отсутствия у неё усиленной квалифицированной электронной подписи нотариуса, так как она не представила в Удостоверяющий центр нотариата России для создания УКЭП номер лицевого счёта в системе пенсионного страхования (СНИЛС) и идентификационный номер налогоплательщика (ИНН), полагая, что получение цифровых идентификаторов личности нарушает её религиозные права. Однако Т.М. и не должна была их получать и передавать, они были давно присвоены ей государством при назначении на должность нотариуса. Палата их знала, что лично подтвердил на Правлении Президент палаты, о чём Т.М. утверждала при рассмотрении своей апелляции. Это должно быть в протоколе апелляции, но я не имею доступа к протоколу, представить не могу. Палата отказалась передать Удостоверяющему центру или разместить в Единой информационной системе нотариата СНИЛС и ИНН нотариуса Т.М., что, однако, в обязательном порядке предусмотрено Положением о Единой Информационной системе нотариата России, утверждённым Правлением Федеральной нотариальной палаты РФ. К тому же на период с 15 января 2016 года по 01.01.2018 года законом ФЗ-329 от 29.12.15 г. был установлен мораторий на внесение в электронные реестры нотариата сведений об удостоверенных нотариусами доверенностях и завещаниях, если только сами палаты не примут иное решение. НП Санкт-Петербурга на день апелляции такого иного решения не принимала.

9. Кроме того, согласно ст.2 Основ о законодательства РФ о нотариате, не может быть нотариусом лицо, представившее подложные документы или заведомо ложные сведения при назначении на должность нотариуса (приложение №23, стр.137). Т.М. не представляла подложных документов: ИНН ей присвоили органы налоговой службы, СНИЛС - органы пенсионного фонда в силу публичности должности нотариуса. Эти документы (сведения) не требуются для назначения на должность нотариуса и сейчас, они не входят в перечень документов для соискателей должности нотариуса согласно Положению о порядке проведения конкурса на замещение вакантной должности нотариуса (утв.приказом Минюста РФ от 17.02.1997 г. №19-01-19-97), так как присваиваются после назначения на должность.

 10. Смольнинский суд Санкт-Петербурга приступил к рассмотрению моего иска об оспаривании всех решений собрания только в октябре 2015 года, поэтому я, чтобы не терять время и помочь Т.М. защищаться, пыталась присоединиться во Фрунзенском районном суде СПб к встречному иску Т.М., собираясь отказаться от оспаривания решения по п. 8 повестки дня собрания в Смольнинском суде СПб. Фрунзенский суд СПб отказал во вступлении в дело, что я обжаловала, но безрезультатно. Мне было сказано, что решение собрания по Т.М. не затрагивает моих прав, а, кроме того, мной предъявлено аналогичное требование в другой суд, пусть он и рассматривает, несмотря на мои утверждения, что откажусь в этой части от иска в Смольнинском суде СПб. В удовлетворении встречного иска самой Т.М. было отказано. Когда Смольнинский суд Санкт-Петербурга, наконец, приступил к рассмотрению уже моего иска, то судья прямо в судебном заседании заявила, что "Т.М. заниматься не буду", отказав мне в удовлетворении всех требований, в том числе о признании недействительным решения собрания по Т.М., то есть не рассматривая иск в этой части, сославшись только на то, что данный вопрос рассмотрен другим судом. При этом решение Фрунзенского суда СПб тогда не вступило в законную силу, да и рассматривал он не мой иск, а иск Т.М., к которому мне было отказано присоединиться, на что  я полное право независимо от причин обжалования.

11.Таким образом, нотариат перестал узнавать своего нотариуса. Дочь Т.М. после катастрофы тоже надо было идентифицировать, но там катастрофа, иные обстоятельства. Т.М., которая родилась, выросла, училась и работала в СПб, здесь родилась её дочь, которой она привила любовь к профессии юриста, и дочь окончила юридический вуз с отличием, вдруг перестала быть узнаваемой нотариатом через 32 года работы. Поэтому перед голосованием по вопросу о Т.М., нотариусы, в знак протеста, уходили с собрания После гибели дочери Т.М. многие    нотариусы СПб и даже члены Правления предлагали отозвать иск и дать Т.М. возможность работать. Бесполезно.

12.Понимаю, по многим требованиям, связанным с итогами собрания, прошло много времени, и нет смысла на них настаивать, тем более, что сейчас я уже не нотариус. Однако вся ситуация с лишением права нотариальной деятельности Т.М. противоречит основам правопорядка и нравственности. Не думаю, что смерть Т.М. препятствует возможности рассмотреть мой иск о признании решения собрания в этой части ничтожным. В процессе во Фрунзенском суде СПб не было никого на стороне Т.М., суд вызывал только тех, кто проводил собрание: это видно из решения суда, кто допускал на собрании нарушения, кто был явно против Т.М., откровенно в суде над ней смеялся; меня же в дело не пустили, лишив законного права на судебную защиту потом и в другом суде, однако  право на суд предоставлено мне частью 1 ст.47 Конституции РФ (приложение 25,стр.139). Прошу признать факт нарушения моих прав на справедливое судебное разбирательство (ст.6 Конвенции)

ДОПОЛНЕНИЕ

Вопрос по  Т.М., как уже отмечалось,   рассматривался первым после перерыва  и голосовался радиопультами.    

Перед началом второй части собрания сотрудник информационного сектора. объявил, что многие нотариусы  вообще ушли с собрания, не сдав пульты (это должно быть в аудиозаписи). Лично я подтверждаю факт массового ухода нотариусов с собрания перед вопросом о Т.М., зал чисто визуально касался полупустым. Нотариусы  не желали участвовать в голосовании по вопросу  Т.М., поэтому перед рассмотрением данного вопроса многие нотариусы в знак протеста ушли, а мандатная комиссия определяла количество присутствующих на начало собрания, а не в течение всего собрания. Большой вопрос, кто и как распоряжался пультами ушедших нотариусов? Кроме того, голосование радиопультами фактически  являлось тайным, так как пульты не были идентифицированы, значит, должны быть не радиопульты, а бюллетени,  как  положено по Уставу при тайном голосовании.  Оборудование для голосования поставляла и обслуживала не какая-то известная фирма  соответствующего профиля с надёжной репутацией, а фирма-однодневка, зарегистрированная в марте 2015 года, буквально накануне собрания, основная деятельность – организация торговли на рынках. Единственный член счётной комиссии, оставшийся  в зале  после перерыва, как и все участники собрания, не понимал ничего ни в оборудовании, ни в его программном обеспечении, во время голосования всё время  стоял спиной к залу. Он просто  смотрел на экран и автоматически произносил вслух цифры, не видел и не мог видеть ничего, что происходило за его спиной и даже рядом: как и кем использовались пульты ушедших нотариусов, сколько пультов было в руках каждого оставшегося (один пульт на человека или несколько). Не было никакого регламента, исключавшего подобное, никакого контроля, а ведь решалась судьба человека. При голосовании  присутствовали и иные лица, которые имели возможность пользоваться пультами ушедших нотариусов.

Именно поэтому Т.М. просила голосовать по её вопросу бюллетенями (тайно), там уже всё было отработано и отрегулировано годами.  Вопрос о способе голосования был поставлен на голосование. Проголосовали против «бюллетеней», излишне говорить, что голосование «за бюллетени» или «против бюллетеней»  проводилось  только в присутствии того же члена   счётной комиссии, стоявшим спиной к залу, и теми же  пультами, оставшимися после ухода нотариусов после первой части собрания. Странное совпадение: 16 членов счётной комиссии из 17, включая и председателя, покинули зал собрания  непосредственно перед рассмотрением вопроса по   Т.М., иначе они могли лично видеть,  как шло  голосование, что происходило в зале, и голосовал ли каждый своим пультом или несколькими. Именно члены комиссии должны были проследить,  не находились ли пульты в руках тех, кто не имел права голосовать. Оставшийся член счётной комиссии был сравнительно новичком в палате, нотариусом стал недавно и не мог знать доподлинно, пульт в руках у нотариуса или нет (другого лица), плохо кого знал сам внешне.  Одному, стоя спиной к залу, даже зная в лицо каждого, отследить ситуацию при голосовании невозможно. Почему нельзя было  счётной комиссии в полном   составе остаться в зале, пока голосовался вопрос по  Т.М.? Почему был оставлен в зале именно новичок? Немаловажное значение имеет и программное обеспечение для подобного вида голосования, его вообще называют голосованием «на доверии», так как оно может быть запрограммировано на «результат» независимо от того, кто и как фактически голосовал.

Собранием руководил президент  палаты Герасименко П.В., которого никто не избирал председателем     собрания, но всё зависело от него. Для голосования по вопросу о  Т.М.   были заранее подготовлены и   бюллетени, это есть в протоколе собрания, ничто не мешало рассмотреть вопрос по  Т.М.  до перерыва. Бюллетени можно  было раздать в перерыв  одновременно с бюллетенями для голосования по составу правления, а потом считать всё одновременно, но кого-то это явно не устраивало. 

Решение общего собрания по Т.М.  ничтожно не только в силу того,  что имели место серьёзные нарушения  процессуального порядка при принятии решения, рассматривался не тот вопрос, который был включён в повестку дня.    Это решение  ничтожно и потому, что противоречит основам правопорядка и нравственности, является антисоциальным, нарушающим нравственные устои (ст.181.5 ГК РФ).

Лишение права нотариальной деятельности свидетельствует о нетерпимости к чувствам  верующих нотариусов, о чём  Т.М.  написала Патриарху всея Руси Кириллу. В ответе Священного Синода Русской Православной церкви на это обращение, подтверждается озабоченность Патриарха случаями принуждения верующих к получению цифровых идентификаторов личности, признаётся, что  у  верующих должен быть выбор, что подобные ситуации далеко не редкость, и к этому надо относиться терпимо. Об уважении к чувствам верующих: в судебном заседании Фрунзенского суда представители НП СПб, которым зарплату и дополнительную пенсию  выплачивают из взносов нотариусов, смеялись прямо в лицо  Т.М., когда она говорила о своих религиозных убеждения                                                                    

Я тоже принадлежу к русской православной церкви, прошла обряд крещения  во взрослом возрасте, случившееся оскорбляет и мои религиозные  чувства.  Главным поводом -  поводом явно надуманным к лишению  права нотариальной деятельности  Т.М., послужило то обстоятельство, что она не имела усиленной квалифицированной  электронной подписи нотариуса, чтобы вносить сведения о совершённых нотариальных действиях в Единую информационную систему нотариата. Таким образом, сведения о совершенных  ею нотариальных действиях в Единой информационной системе нотариата (ЕИС) отсутствуют. При этом Т.М. неоднократно обращалась к руководству нотариальной палаты Санкт-Петербурга с просьбой выдать сертификат усиленной квалифицированной  электронной подписи, чтобы вносить  данные в электронные реестры нотариата.

Единая информационная система нотариата является корпоративной, а не государственной информационной системой, поэтому порядок использования электронной подписи в корпоративной информационной системе может устанавливаться соглашением между участниками электронного  взаимодействия   (ст.3 ФЗ «Об электронной подписи)». Собственником ЕИС нотариата является Федеральная нотариальная палата, членами которой являются региональные нотариальные палаты (участники электронного взаимодействия), отчисляющие взносы на содержание ФНП, которые в свою очередь складываются из взносов каждого нотариуса данного региона.  Функционирование ЕИС обеспечивается трудом и средствами каждого нотариуса РФ. Нотариальное сообщество РФ имеет и свой удостоверяющий центр нотариата России (Центр инноваций и инновационных технологий), который осуществляет функции по созданию и управлению квалифицированными сертификатами ключей проверки электронных подписей нотариусов.

Для создания  электронной подписи нотариусы каждого региона выдавали доверенности своим   нотариальным палатам, подтверждая тем самым и согласие на передачу всех необходимых сведений в Удостоверяющий центр нотариата России (Центр инноваций и инновационных технологий), то есть на обработку  персональных данных. Доверенности и иные документы подлежали предъявлению в удостоверяющий центр нотариата, который, несмотря на то, что  является корпоративным удостоверяющим центром,  требовал от нотариусов предъявления документов и сведений, предусмотренных  ст.18 ФЗ «Об электронной подписи».

Однако данная статья  регулирует  перечень  документов и сведений  для получения электронной подписи при оказании  государственных и муниципальных услуг гражданам и юридическим лицам. Нотариальные услуги не относятся к государственным и муниципальным услугам,  нотариат - корпорация, а не само государство.  Государственные информационные системы финансирует государство,  нотариат – сами нотариусы. В обязательный перечень государство включило  номер  страхового свидетельства государственного пенсионного страхования (снилс) и идентификационный  номер налогоплательщика (инн).  Эти данные по требованию государства являются обязательными для идентификации обладателя сертификата ключа квалифицированной электронной подписи.

При этом  Т.М. по религиозным соображениям сама за получением СНИЛС  и ИНН никогда и никуда не обращалась. Её   религиозность никому и не мешала. Сначала она работала государственным нотариусом за зарплату, которую даже маленькой назвать нельзя, это мизер, потом, в 1993 году, «автоматом» была переведена на частную практику. Создавала частный нотариат, платила,  как и все нотариусы, взносы в Нотариальную палату Санкт-Петербурга, а далее  часть  взносов перераспределялась в Федеральную нотариальную палату РФ. Вместе с другими нотариусами РФ  она в буквальном смысле  и создала Единую информационную систему нотариата, которая теперь Т.М.  отторгла, требуя СНИЛС  и ИНН: «иначе, пожалуйте из нотариата вон, мы Вас без СНИЛС признать никак не можем, не можем идентифицировать, кто Вы есть на самом деле». Однако  у неё  общий стаж работы в нотариате 32 года, включая период работы в государственной нотариальной конторе Ленинграда. Здесь же, в Петербурге (Ленинграде), где она родилась, училась, работала, её перестали узнавать.

Вместе с тем   Нотариальная палата Санкт-Петербурга  всё знала (СНИЛС, ИНН). Так, на одном из Правлений Герасименко П.В. прямо признал, что они знают  номер  лицевого счёта (СНИЛС)  и ИНН Т.М., на что она  в присутствии членов Правления попросила сообщить эти сведения  в удостоверяющий центр, так как  ещё раньше выдала доверенность на создание электронной подписи. Тем не менее,  имея от неё доверенность на выполнение всех действий и формальностей для создания электронной подписи,  нотариальная палата упорно не передавала данные о номере лицевого счёта и ИНН  в Удостоверяющий центр нотариата. При этом палата  не размещала эти данные и в Единой информационной системе нотариата, чтобы Удостоверяющий центр сам мог взять их оттуда и создать электронную подпись  Т.М.

Т.М. не получала СНИЛС  и ИНН  как физическое лицо в заявительном порядке, но была поставлена на учёт в органах ФНС и ПФ как нотариус, что  предусмотрено ст.84 Налогового кодекса и ст.11 ФЗ «Об обязательном государственном  пенсионном страховании».  Органы юстиции (ст.85 Налогового кодекса) обязаны в пятидневный срок со дня  назначения на должность нотариуса поставить в известность об этом налоговые органы (присваивается ИНН нотариуса)  и органы пенсионного фонда (присваивается регистрационный номер страхователя – нотариуса, уплачивающего страховые взносы за сотрудников). Далее пенсионный фонд согласно пункту 19 Инструкции о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учёта сведений о застрахованных лицах регистрирует нотариуса, присваивая СНИЛС, как застрахованному лицу, уплачивающему  страховые взносы в ПФ за себя (опять беззаявительный порядок). Государство присвоило   Т.М. ИНН и СНИЛС, исходя из её статуса нотариуса, сообразуясь  с публичными интересами.   Именно из этого статуса и интереса Нотариальная палата Санкт-Петербурга и имела право обработать персональные данные   Т.М.  (ИНН и СНИЛС), связанные с публичным характером нотариальной деятельности,  передав  идентификаторы удостоверяющему центру независимо от наличия (отсутствия) согласия самой Т.М., которое к тому же имелось.  Как уже отмечалось, Президент НП СПб Герасименко П.В. в присутствии всех членов Правления  подтвердил,  что они знают её ИНН и СНИЛС,  даже могут  их «показать»  самой  Т.М. Более того,  Герасименко П.В. предложил пройти  в компьютерный  сектор палаты, чтобы  Т.М.    увидела свои данные «в базе»,  и записала их для передачи в удостоверяющий центр.

Она неоднократно рассказывала мне об этом,  могу дать свидетельские показания, она писала об этом Патриарху, лгать  не могла. Говорила она об этом «под протокол» в городском суде Санкт-Петербурга при рассмотрении апелляционной жалобы на решение Фрунзенского суда Санкт-Петербурга, писала в дополнительной апелляционной жалобе в Мосгорсуд, обжалуя отказ удостоверяющего центра нотариата в выдаче ключа сертификата усиленной квалифицированной подписи нотариуса.  Прошу обратить внимание на слово «нотариуса», значит речь не об электронной подписи  Т.М.   как физического лица, а именно нотариуса, со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями.

Т.М.  отказалась тогда идти в компьютерный сектор  «смотреть» свои СНИЛС  и ИНН, попросив  передать эти идентификаторы, если палата их знает и имеет к ним доступ,   в удостоверяющий центр. Следует иметь в виду, что Т.М.  вместе с другими нотариусами Санкт-Петербурга  выдала доверенность на представление  интересов в удостоверяющем центре на  имя тех сотрудников информационно-компьютерного сектора Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, которые и должны были «показать» Т.М.  СНИЛС  и ИНН в компьютерной базе, чтобы она их записала. Во исполнение своих полномочий по доверенности  им достаточно было просто связаться с Удостоверяющим центром по компьютеру и передать данные, а Т.М.  дала   устное и письменное согласия на передачу своих данных, да оно и не требовалось.   

Единая информационная система нотариата функционирует на основании Положения  «О  единой информационной системе нотариата» (ЕИС).

Система состоит из информационных блоков.

Раздел п.6.3. ЕИС «Нотариусы» содержащий информацию о нотариусах  должен содержать, кроме прочей информации,  информацию об ИНН и СНИЛС нотариусов.

При этом «информационный блок о нотариусах формируется соответствующей нотариальной палатой субъекта РФ, членом которой является нотариус.      

Ответственность за содержание информации несёт нотариальная палата субъекта РФ.

Информация подлежит размещению в ЕИС не позднее 7 календарных дней с момента назначения нотариуса на должность (прекращения нотариальной деятельности), иного события, являющегося основанием для изменения информации раздела ЕИС или его подразделов.

Следовательно, Нотариальная палата должна была  сообщить  не самой  Т.М.   "по   секрету"  данные об ИНН и СНИЛС, а разместить эту информацию открыто в ЕИС и  передать  в удостоверяющий центр нотариата для создания усиленной квалифицированной электронной подписи нотариуса  Т.М., а не  Т.М.  как просто физического лица.  Обрабатывать персональные данные нотариусов для создания  усиленной квалифицированной электронной подписи нотариусов НП СПб имела право (обязанность) в соответствии с ФЗ «О персональных данных», законодательством о нотариате, Положением о ЕИС.  Усиленная квалифицированная электронная  подпись нотариуса имеет указание именно на должность – нотариус, ФИО, нотариальный округ,  СНИЛС,  ИНН, там указан и персональный номер нотариуса в Единой информационной системе нотариата, который Удостоверяющий центр использует без какого-либо согласия самого нотариуса, поэтому отождествлять электронную подпись нотариуса с подписью гражданина - физического лица -  необоснованно. ЕИС – корпоративная информационная система, в связи с этим Федеральный закон  «Об электронной подписи», в частности, ст.ст.17, 18 названного ФЗ должен применяться с учетом соглашения между участниками корпоративного электронного взаимодействия, каковым и является  Положение «О  единой информационной системе нотариата».

Вместо этого Нотариальная палата Санкт-Петербурга сначала сведения о снилс (инн) удерживает, затем создаёт комиссию для проверки  профессиональной деятельности нотариуса Т.М., прекрасно зная, что именно комиссия установит.  Комиссия и установила: нотариус  Т.М.   данные в ЕИС не вносит, подписи-то у неё  нет, об этом все знали изначально и без комиссии.  Однако именно это и легло в основу инициирования процесса о лишении права нотариальной деятельности.

На собрании Президент Нотариальной палаты Санкт-Петербурга Герасименко П.В. умолчал  о том, что палата с самого начала обладала  сведениями (идентификаторами), необходимыми для получения  электронной подписи нотариусом Т.М., но почему-то не разместила эти данные в ЕИС.  Он  громко заявлял, что  нарушаются права граждан, если нотариус не вносит данные о совершенных нотариальных действиях в ЕИС. При этом  он знал идентификаторы и получил от  Т.М. согласие на их передачу в Удостоверяющий центр.  Нотариусы не были информированы об истинном положении вещей.

Почему Президент Нотариальной палаты Санкт-Петербурга Герасименко П.В. не выполнил лежавших на нём обязанностей, предусмотренных Положением о Единой информационной системе нотариата? Нотариальные палаты должны способствовать нотариусам в исполнении их обязанностей, а не препятствовать.

Лишение права нотариальной деятельности влекло для  Т.М.  не только потерю работы и заработка на сегодняшний день, но нарушало её интересы   на будущее. Нотариусы получают небольшие пенсии, государство исходит из того, что они занимаются частной практикой. Поэтому размер членских взносов нотариусов устанавливается из расчёта того, чтобы нотариусы, продолжающие  работать, оказывали  ежемесячную материальную поддержку  нотариусам, вышедшим на пенсию.    Но, есть одно но: если нотариус лишён права нотариальной деятельности по решению суда – материальной поддержки на пенсии он полностью лишается, а его деньги остаются в палате, он не может обратно ничего получить. Нельзя уволиться до пенсии и по собственному желанию, теряешь всё.  Таким образом, Т.М.  не только  была  лишена работы, но ещё и потеряла всё, на что имела право рассчитывать, уплачивая взносы в общие фонды палаты в течение 23 (!) лет.  Такова плата за веру.

Нельзя не сказать  о другом,  самом главном.  Сначала  Т.М.  лишилась работы и дополнительной материальной поддержки на пенсии из-за того, что через  три десятка лет вдруг возникли проблемы с идентификацией её личности, но примерно в это  время она лишилась  и дочери, другой своей надежды на достойную старость. Её дочь погибла в той самой катастрофе, когда террористы взорвали над Синаем наш аэробус, летевший из Египта в Санкт-Петербург 31 октября 2015 года. В этом горе сплотился весь  город. В то время, когда по всей России проходили молебны, звонили в трауре колокола ИСААКИЕВСКОГО СОБОРА, президент Нотариальной палаты Санкт-Петербурга Герасименко Пётр Васильевич, так и не  передал в удостоверяющий центр удерживаемые им сведения, позволяющие идентифицировать мать погибшей В.,199 г.р.,   в электронной информационной системе нотариата, чтобы дать  возможность доработать  оставшиеся 11 месяцев до пенсии, и получать материальную поддержку от Нотариальной палаты Санкт-Петербурга  после выхода на пенсию.

Дочь  Т.М.  тоже надлежало идентифицировать, но там иные обстоятельства, там катастрофа. Лично меня поражает, как у господина Герасименко П.В. не дрогнуло отцовское сердце, ведь у него есть сын М. (дай ему Господь здоровья). Известно,  многие наши нотариусы и даже члены Правления Нотариальной палаты Санкт-Петербурга предлагали остановить процедуру лишения Т.М.   права нотариальной деятельности, отозвать иск. 

Нотариусы Санкт-Петербурга - члены Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, знающие  Т.М. многие годы как порядочного человека, не могли проголосовать за лишение права нотариальной деятельности. Объективная картина такова: ни налоговые органы, ни пенсионный фонд и прочие фонды, ни граждане, ни следственные или иные правоохранительные органы не имели к ней никаких претензий. Значит, дело не в   религиозных взглядах, они не мешают никому.  Самое главное – они не мешают государству. В перечень документов, необходимых для участия в конкурсе на замещение вакантных должностей частнопрактикующих нотариусов, свидетельство государственного   пенсионного страхования и свидетельство о постановке на налоговый учёт не включены, так как потом СНИЛС и ИНН присваиваются на основании документов о назначении на должность, которые органы юстиции обязаны направить в ФНС и ПФ.  Нотариус - должность публичная, и их персональные данные обрабатываются  с учётом общественных интересов. Согласно ст.2 Основ законодательства РФ о нотариате не может быть нотариусом лицо, представившее  подложные документы или заведомо ложные сведения при назначении на должность нотариуса, это явно не о Т.М.

Смерть  Т.М.  всколыхнула всё наше нотариальное сообщество. Когда я сообщила нотариусам о скоропостижной смерти   Т.М., равнодушных не было: собирали деньги на похороны, выражали сожаление по поводу трагических обстоятельств её жизни, к которым нотариусы относили и увольнение с работы.  Т.М. скончалась от сильнейшего инсульта, причиной которого стала тоска по дочери и от потери работы, она практически в одночасье лишилось того, что долгие годы составляло содержание её жизни. Она умерла от горя и обиды, я общалась с ней и знаю, что именно это стало причиной смерти, но она до самого конца собиралась отстаивать свои права, дойти до Конституционного Суда.

Следуя логике Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, что нотариуса  Т.М.   якобы  нельзя идентифицировать в ЕИС, можно прийти к выводу, что долгие годы от имени государства совершало нотариальные действия неизвестное лицо. Таким образом, совершённые Т.М. нотариальные действия,  не имеют никакого правового значения, но тогда встаёт вопрос об ответственности  тех лиц, кто многие годы допускал подобное.

Произошедшее с  Т.М.  - это не просто  спор об увольнении. Это следствие агрессивного неприятия определённой частью нашего общества православия. Почему Герасименко П.В. не разработал регламент интерактивного голосования, почему при голосовании по вопросу  Т.М.  не были использованы заранее подготовленные бюллетени, почему почти вся счётная комиссия была удалена в другое помещение именно перед голосованием по её вопросу, а сам протокол счётной комиссии был подписан заочно? Все эти вопросы я поднимала в судебном заседании Смольнинского суда, вернее, только пыталась, так как судья Смирнова З.С.  меня  сразу останавливала: «Заниматься  Т.М. не буду".

Однако вопросы остались.  Почему  Герасименко П.В. сам не передал идентификаторы в ЕИС для создания электронной подписи  Т.М.?  Не знал их? Не может быть, откуда тогда знал мои СНИЛС и ИНН, самовольно передав их в орган юстиции для издания приказа якобы о прекращении моих полномочий по собственному желанию? Умудрился даже добыть и передать копию моего паспорта, чтобы уволить "по собственному желанию". Ведь Герасименко П.В. не ко всем так относится.

Будучи ещё членом Правления Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, он отчаянно выступал против выхода в суд с иском о лишении права нотариальной деятельности нотариуса (Мерзлякова А.А.), незаконно  имевшего два офиса. Ни в одном из них он нормально не работал, архив хранился в ненадлежащем состоянии, граждане жаловались. Когда Правление приняло решение о выходе с иском в суд о лишении этого нотариуса права нотариальной деятельности,  Герасименко П.В. обвинил Правление в «усталости» и «необдуманности»  при принятии такого решения, настоял на переголосовке.     Переголосовка состоялась, но с таким же  результатом. В итоге,  нотариус с двумя офисами был лишён права нотариальной деятельности по решению суда.   Ни  Т.М., ни я вторых офисов не имели, рвачеством не занимались, так как два офиса – это заранее рвачество; нотариус не  вправе иметь филиалы или представительства  своей нотариальной конторы, это не  сетевая структура, нотариус  не может раздвоиться и  разделить печать пополам.  Нотариус раздвоиться не может, но счётная комиссия смогла, подписав акт, подтверждающий, что она присутствовала одновременно в  двух разных местах.

Как уже отмечалось, Т.М. - не единственная в России нотариус, у кого возникли проблемы с получением электронной подписи. Несколько нотариусов (не знаю их религии) в других регионах вообще отказались получать электронную подпись, они выступали против присвоения им персональных номеров (идентификаторов)  в единой информационной системе,  добровольно сложили полномочия, но были трудоустроены  своими палатами с сохранением всех социальных гарантий, которые эти нотариусы заработали своим трудом.  При этом   Т.М.  не отказывалась получать электронную подпись, не  возражала против  своей регистрации в единой информационной системе нотариата и присвоения для этого  персонального номера,  готова была дальше  (только до пенсии) работать нотариусом, а потом уволиться сразу по достижении пенсионного возраста (ей было 54 года). Нотариальная палата Санкт-Петербурга так долго (несколько месяцев) ждать не хотела,  но, по примеру других палат, всё-таки  предложила ей  перейти на работу в архив Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, на что  Т.М.   дала предварительное согласие. Однако, когда вопрос о трудоустройстве в архив встал уже конкретно,   Герасименко П.В. вновь потребовал от неё  предъявить  ИНН и СНИЛС, которые он и  сам уже давно знал. Он их не только знал, обязан знать, но и должен был разместить в ЕИС. Круг замкнулся.  Зачем предлагал перейти в архив? Зачем ей после получения СНИЛС работать в архиве, она ведь могла тогда работать нотариусом, могла получить сертификат ключа проверки электронной подписи.

Нотариусы других регионов, сложившие свои полномочия из-за религиозных убеждений, продолжают работать  в своей корпорации,  пусть и в другом качестве, не зная своего СНИЛС, не зная своего ИНН, но они у них есть, иначе они не могли бы до этого работать нотариусами.  Никаких проблем при этом не возникает.  Там таких людей смогли идентифицировать, перевести на другую работу внутри корпорации,  а вот  Т.М. после десятков лет работы места так и не нашлось, даже в архиве, одно препятствие  за другим. Нотариальная палата Санкт-Петербурга располагала требуемыми сведениями  на законных основаниях, и по действующему законодательству имела право передать (обработать) эти  сведения на основании  выданной  доверенности, получив и устное согласие на Правлении.  По смыслу законодательства о нотариате, и согласие не нужно было.

Контроль за получением  гражданами СНИЛС осуществляет Пенсионный Фонд, за получением ИНН – Федеральная налоговая служба. Поэтому именно государству принадлежит право применять и  меры реагирования, предусмотренные законом, если имеет место нарушение закона.  Т.М. закон при этом не нарушила, все необходимые идентификаторы для осуществления деятельности нотариуса и получения ЭЦП ей были присвоены, она их имела, и Нотариальная палата Санкт-Петербурга их знала. НП СПб никакими контролирующими полномочиями  в этой области не  обладала, поэтому и не имела права применять  меры  реагирования к Т.М. за то, что не выполнила сама палата.

При этом Нотариальная палата Санкт-Петербурга проигнорировала  ст.2 Основ законодательства РФ о нотариате, о чём  упоминалось выше, что  не может быть нотариусом лицо, представившее подложные документы или заведомо ложные сведения при назначении на должность нотариуса. Подложные документы или ложные сведения Т.М.   не представляла, её персональные данные до сих пор обрабатывались в силу публичности должности, но Нотариальная палата Санкт-Петербурга  отказалась это делать.   Можно  вызвать  в суд членов Правления Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, присутствовавших в тот момент, когда Герасименко П.В. признал, что им известно о СНИЛС  и ИНН  Т.М.,  и можно пройти в компьютерный сектор палаты, чтобы  их «посмотреть» и записать для передачи в Удостоверяющий центр. Можно спросить сотрудников компьютерного сектора, о какой базе данных шла речь, и почему нельзя было эти сведения разместить в ЕИС, имея к тому же доверенность от Т.М. на создание электронной подписи.

На юридическом форуме в Санкт-Петербурге, состоявшемся с 18-21 мая 2016 года в Санкт-Петербурге,  участники конференции по нотариату почтили память нотариуса  Т.М.   минутой молчания. Это было 20 мая именно в тот день и даже в то время, когда    Т.М. хоронили. На форуме был день, специально посвящённый нотариату. Символично. Символично, что   умерла она 16 мая - ровно через три месяца  после вступления в силу (16 февраля) решения Фрунзенского суда о лишении права нотариальной деятельности. Это было самое трудное время в психологическом плане, так как надо было сдать дела, печать, попрощаться со своими клиентами, с которыми она тоже работала многие годы. При рассмотрении дела во Фрунзенском суде Т.М.  просто забыла  сказать о том, что палата знала (должна внести в ЕИС) все идентификаторы для создания электронной подписи. В  суде она  терялась,  не могла воедино соединить все обстоятельства, когда над ней откровенно смеялись. Она всё считала себя виновной, что не получает ИНН и СНИЛС, но ей и не надо было их получать (писать для этого заявления), они у неё были как у нотариуса.

Нотариус  Т.М. была лишена права нотариальной деятельности, как следует из протокола собрания,  за то, что  в период с 01 июля 2014 года по 01 марта 2015 года (день проверки) не внесла в электронный реестр  сведения о 167 удостоверенных ею доверенностях, об отмене 4-х доверенностей  и  4-х удостоверенных завещаниях.  Она совершала, главным образом, именно такие нотариальные  действия, требующие в то время внесения в электронный реестр. Внесение данных сведений было предусмотрено  статьей 20 (часть 2)  ФЗ от 21.12.2013 №379-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», которая регулировала сроки  и порядок перехода к регистрации совершаемых нотариусами нотариальных действий в электронной форме в Единой информационной системе нотариата. 

Однако  с 15 января 2016 года  по 01 января 2018 года обязательное внесение  в электронный реестр сведений об удостоверенных доверенностях, завещаниях, брачных договорах, их изменению, расторжению или отмене было отменено.

Таким образом, можно признать, что сама жизнь  «реабилитировала» нотариуса   Т.М., если   закон   изменился. Государство не сделало бы этого, если бы считало  невнесение в электронный реестр данных   сведений нарушением прав наших граждан.  В обязательном порядке данные сведения должны   вноситься    в электронные реестры нотариата только с 01.01.2018 года, если сами региональные палаты  своими решениями (решением общих собраний) не сочтут  возможным сделать это раньше (отдельно по каждому региону).

На момент рассмотрения 16 февраля 2016 года в городском суде  апелляции Т.М.  на решение Фрунзенского суда Санкт-Петербурга о лишении права нотариальной деятельности, Нотариальная палата Санкт-Петербурга прекрасно знала о новациях законодательства (не могла не знать). При этом присутствовали и представители Главного Управления Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу, но они упорно настаивали на нарушении нотариусом Т.М.  прав граждан. Тем не  менее решение о продолжении внесения сведений в электронные реестры о доверенностях, завещаниях, брачных договорах,  Нотариальная палата Санкт-Петербурга на собрании не принимала, а Главное Управление Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу и не настаивало. Значит, они  сами не считали  это нарушением прав граждан.  Начиная с  15 января 2016 года по день рассмотрения апелляции  Т.М.  на решение Фрунзенского суда Санкт-Петербурга, когда она ещё являлась  нотариусом,   невнесение сведений в электронный реестр об удостоверенных ею доверенностях (завещаниях) перестало быть нарушением профессиональных обязанностей, она уже не должна была ничего из этого вносить в электронный реестр. Ничего из того,  что  не внесла.  Нотариальная палата Санкт-Петербурга  сей факт  умолчала.  Очередное подтверждение, что  ситуация, связанная с лишением нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург  Т.М.  права нотариальной деятельности, является надуманной   от начала до конца.  

Почему Герасименко П.В. не отказался от иска при таких обстоятельствах? Значит, у него были иные тайные причины и иные побудительные мотивы, а не торжество закона и справедливости, так как Нотариальная палата Санкт-Петербурга  не проводила никакого  общего собрания нотариусов - членов Нотариальной палаты Санкт-Петербурга в интересах защиты прав граждан, о чём он так убедительно говорил на словах, для продолжения внесения в ЕИС сведений об удостоверенных доверенностях, завещаниях, брачных договорах, их изменению, расторжению или отмене. Этого не было сделано ни заранее, накануне 15 января 2016 года, ни на момент рассмотрения апелляции, ни в дальнейшем, но требовалось по смыслу части 1 и части 2 ст.20 ФЗ от 21.12.2013 года №379-ФЗ в редакции ФЗ от 29.12.2015 г. №391-ФЗ.

После   катастрофы над Синаем у нас была авиакатастрофа 25 декабря 2016 года над Чёрным морем, были жертвы террористических актов, трагедия в городском метро. Всем погибшим – светлая память! Светлая память погибшим в других странах! Везде государство и общество оказывают  родственникам всяческую поддержку.  В отдельных  странах жертвы террористических актов даже приравниваются к жертвам войны, это правильно.

К сожалению, ни Нотариальная палата Санкт-Петербурга, ни  её президент Герасименко П.В., ни Главное Управление Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу, ни исполняющий обязанности начальника ГУ МЮ РФ по СПб Чумаков А.В.,  не были вместе с Т.М.   во время траура по её дочери, погибшей над Синаем от террористического акта. Напротив, они с ней судились.   В заседании  апелляционной инстанции  16.02.2016 года представители Нотариальной палаты Санкт-Петербурга  и Главного Управления Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу, вместо того, чтобы поддержать мать жертвы террора, умалчивали о новациях законодательства, не требующих, начиная с 15 января 2016 года, внесения  сведений о совершённых нотариальных действиях в Единую информационную систему нотариата в обязательном порядке, а только по решениям общих собраний палат, которое в Нотариальной палате Санкт-Петербурга  по этому вопросу  даже не проводилось. Молчали, что СНИЛС и ИНН не нужны  для назначения на должность нотариуса, так как присваиваются потом, что не может быть нотариусом только лицо, представившее подложные документы (сведения) при назначении на должность. В апелляции  Т.М., не пришедшая в себя от  горя,  очень плохо себя чувствовала  (я при этом присутствовала). Тем не менее она встала,  собралась   с силами, очень подробно рассказала, как  Герасименко П.В. на Правлении подтвердил, что знает её ИНН и СНИЛС и предложил пройти в компьютерный сектор «пойдёмте -  покажу, запишите», а она отказалась идти, но попросила передать данные в Удостоверяющий центр нотариата или разместить в Единой информационной системе нотариата, чтобы удостоверяющий центр мог ими воспользоваться, создать  электронную подпись. Таким образом,  16.02.2016 года она ещё раз публично под протокол в заседании городского суда подтвердила своё согласие на передачу своих персональных данных  в Удостоверяющий центр, но представители палаты не отказались от иска,  имея  более чем достаточные основания,чтобы передать персональные данные  Т.М. для создания электронной подписи.  Не исключено, что тем самым они бы спасли ей жизнь, вернули к работе, помогли пережить страшную трагедию.

После заседания апелляционной инстанции, оставившей решение в силе, представитель палаты (Шабалина М.В.), больше всех смеявшаяся над религиозными убеждениями  Т.М.  – это был смех   с комментариями «ой, не могу, она со своими цифрами…», бежала за ней вслед  по всему вестибюлю городского суда и кричала: «Пётр Васильевич поручил сказать, чтобы Вы сегодня же сдали печать», однако печать сдаётся на уничтожение в Главное Управление Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу, и уничтожается в присутствии самого нотариуса.   Т.М. отшатнулась как от пощёчины «Неужели Вы думаете, что я буду продолжать работать, если решение не отменено?».

Нотариальная палата Санкт-Петербурга доводила и меня, возбудив дисциплинарное производство якобы за  нарушение имиджа нотариата в обращениях в государственные органы, в том числе в прокуратуру, но это именно после того, когда  я организовала сбор средств по организации похорон  Т.М. Нотариусы пошли за мной, поддержали  инициативу. Нотариальную палату Санкт-Петербурга это насторожило, подобное Нотариальной палате Санкт-Петербурга под руководством Герасименко П.В. никак не нужно. При этом нет ни одного судебного решения о злоупотреблении мной правом при обращении в государственные органы.  Я и нотариусы, скорбившие о Т.М., действовали от самого сердца. Т.М. похоронили 20-го мая 2016 года, а в начале июня против меня уже возбудили дисциплинарное производство. Назначили рассмотрение в то время, когда у меня в больнице отказывали почки, температура была 40,4 (при такой температуре теряется до 2-х литров воды в организме); была большая кровопотеря от хирургических вмешательств, мощное медикаментозное лечение, врачи вообще  не давали никаких гарантий, а мне звонили из Нотариальной палаты Санкт-Петербурга (Выщепан Т.Б.) и говорили, что рассмотрят дисциплинарное производство и без меня: "Светланочка Николаевна, надо разобраться". За обращения к государству!  Верх милосердия и гуманизма. Если у Президента РФ Путина В.В. "волосы стали дыбом" из-за формулировки в постановлении одного липецкого судьи, что "преступление совершено путём написания заявления в прокуратуру", что говорить обо мне?  Моё заявление о передаче на хранение архива в архив Нотариальной палаты, так как я не знала, сколько буду болеть,  и смогу ли дальше вообще работать,  оформили как заявление о сдаче полномочий по собственному желанию. Незадолго до этого Президент Нотариальной палаты Санкт-Петербурга  Герасименко П.В.  угрожал мне при закрытых дверях: «готовьтесь  ответить за каждое своё слово». Дословно.

Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод провозглашает право на справедливое судебное разбирательство, которого в моём случае не было, что касается решения общего собрания членов Нотариальной палаты Санкт-Петербурга о выходе с иском в суд  лишении нотариуса  Т.М. права нотариальной деятельности. В нашем праве нет института прецедентов, по крайней мере, до настоящего времени, а о преюдиции  в данном случае речь идти не может.   Суды лишили меня права голоса, и я была лишена возможности в судебном порядке  защитить свои права верующего человека и гражданина, попраны законы морали, если человека умышленно дразнили, зная его слабые стороны.  

Предлагая перейти в архив, на что  Т.М. в принципе согласилась, опять потребовал ИНН и СНИЛС,  но смысл предложения перейти на работу в архив заключался именно в том, чтобы не увольнять её, а оставить в палате как это было с верующими нотариусами в других регионах. Иск в суд о лишении права нотариальной деятельности ГЕрасименко П.В. подал именно тогда, когда стало понятно, что Т.М.  сама получать СНИЛС и ИНН не будет, а если бы получила сама, зачем ей тогда архив? Могла остаться работать нотариусом, но Герасименко П.В. она не нужна была вообще: ни в качестве нотариуса, ни в качестве сотрудника архива.   ИНН и СНИЛС  для Т.М.   он мог взять там же, где взял мои ИНН и СНИЛС. В той самой базе, где хранились сведения об ИНН и СНИЛС всех нотариусов,  зачем тогда он приглашал её в компьютерный сектор?   Мои данные Герасименко П.В.  взял,  чтобы организовать прекращение моих полномочий «по собственному желанию». Копию моего паспорта (!), ИНН и СНИЛС откуда-то взял и  самовольно  передал в  Главное Управление Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу  для издания приказа о прекращении полномочий, пока я лежала в больнице и не могла даже предположить, как он использует мои персональные данные.

Т.М.  просила Герасименко  П.В.  взять сведения "из базы" и передать в удостоверяющий центр для создания  электронной  подписи – не передал, я не просила передавать свои данные  в орган юстиции якобы для прекращения  полномочий по собственному желанию – передал. Делал всё зависящее, чтоб прекратить наши полномочия, оперируя нашими персональными данными по  своему собственному  желанию и разумению.

Мои религиозные  и человеческие чувства оказались попранными принятием по  Т.М.  так называемого «решения» общего собрания членов Нотариальной палаты Санкт-Петербурга, противоречащего  основам правопорядка и нравственности, не говоря уже о порядке его принятия, умолчании палаты о новациях законодательства, «амнистировавших»   Т.М.  ещё до вступления решения суда в законную силу. Дело отнюдь  не в православии. Если бы на моих глазах подобным образом поступали с атеистами или представителями другой религии, всё равно какой: унижали, смеялись, увольняли, даже дразнили  – вступилась бы всё равно. До сих пор стыдно за то собрание:  маленькая женщина на высокой трибуне с  напрасной просьбой   её понять, но шансов у неё не было, всё было продумано до мельчайших подробностей организаторами собрания. Перед голосованием по вопросу Т.М., Герасименко П.В. сказал напутственные слова: «ФЕДЕРАЛЬНАЯ НОТАИАЛЬНАЯ ПАЛАТА держит этот вопрос под контролем, если мы не разберёмся – они разберутся сами», должно быть на аудиозаписи, но я не смогла её получить.  Т.М. не понимала, за что он с ней так поступил, однако   самое «плохое»,  что  о нём сказала: «Не прошёл наш  Пётр Васильевич тест на человечность». Так и сказала «наш», но для него она была чужой и незнакомой.

07 июня 2017 года                                                         С уважением,                                                                                        Катрич С.Н.

Примечание: содержание несколько отличается от оригинального в ЕСПЧ.

Т.М. незадолго до своей смерти обращалась в Государственную Думу РФ,  Совет Федерации, Общероссийский народный  фронт  в  связи с увольнением. Это было в  самом конце апреля, в мае 2016 года она умерла, а уже в августе 2016 года, и.о. начальника Главного Управления Министерства Юстиции РФ по Санкт-Петербургу Чумаков А.В.,  вместо  назначения  на должность начальника Управления, был  переведён в Москву. Точной   причины никто не знает. В других регионах исполнявшие обязанности начальников органов    юстиции   были избавлены от приставки "и.о."

 

Стала мокрой багряница на Дворцовой из гвоздик... Помолись.

16 МАЯ  2018 ГОДА – ВТОРАЯ ГОДОВЩИНА СМЕРТИ Т.М.

ПРАВОСЛАВНЫЕ ЛЮДИ, ПОМОЛИТЕСЬ ОБ УПОКОЕНИИ Т.М. -  ЧЕСТНОГО ПРАВОСЛАВНОГО НОТАРИУСА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА -  И ЕЁ ДОЧЕРИ В., КОТОРЫХ ПОГУБИЛА ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ЖЕСТОКОСТЬ. МЫ ТОЖЕ ПОМОЛИМСЯ.

ДЛЯ МОЛИТВЫ НУЖНЫ ИХ ИМЕНА, НО Я НЕ ХОЧУ ПО ОПРЕДЕЛЁННЫМ ПРИЧИНАМ ИХ ОЗВУЧИВАТЬ. ПОМОЛИТЕСЬ ПРОСТО ОБ УПОКОЕНИИ ЧЕСТНОГО ПРАВОСЛАВНОГО НОТАРИУСА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА И ЕЁ ДОЧЕРИ. ГОСПОДЬ ПОЙМЁТ, О КОМ РЕЧЬ, А ВСЕ НОТАРИУСЫ РОССИИ  ИМЯ И ФАМИЛИЮ Т.М.  ХОРОШО ЗНАЮТ. БЛАГОДАРЯ ЭТОМУ САЙТУ: ДЛЯ ЭТОГО САЙТ И СОЗДАВАЛСЯ, ДЛЯ НЕКОТОРЫХ ОН СТАЛ НАСТОЛЬНЫМ. 

"РАБОТАЙТЕ, БРАТЬЯ!"  СПАСИБО ЗА ПОДДЕРЖКУ.

Две белые голубки


Великая и могучая музыка. Счастливы были две белые голубки: мать-голубка и дочь – голубка, зла никому не творили, беды не ждали, но налетел коршун – чёрная беда и навсегда унёс младшую голубку. За коршуном слетелись во́роны – помощники чёрной беды, стали они нещадно клевать вторую белую голубку, напрасно молила голубка о пощаде - чёрные во́роны всё нападали, нападали и нападали, кружась в страшном хороводе, ослабла голубка-мать и погибла.

Пока шла операция по поиску и доставке из Египта в Россию останков наших граждан - страшного "груза 200", потом опознание изуродованных тел, ДНК, похороны – всё, что в нормальном человеческом обществе всегда сопровождается непомерным горем и страданием родных и близких, сочувствием окружающих, окружающие «коллеги» увольняли Т.М. с работы, подтасовывая и подделывая доказательства. Понятно, что «коллег» подстёгивали, науськивали и натравливали те, кто заказал увольнение православных нотариусов по всей России, но они и сами по себе способны практически на всё, отступить и проиграть не могли, слишком много сил и циничной лжи было потрачено на подготовку этого увольнения – полной инсценировки и провокации от начала и до конца. Вожделенная добыча рядом, уже слышны стенания раненой матери, потерявшей любимого детёныша, ещё немного, вот-вот, но уверенность Т.М. в своей правоте и внутреннее достоинство во время глубокого личного горя явно сбивали их с толку и раздражали.

Т.М. умерла от сильнейшего инсульта: у неё были две аневризмы сосудов головного мозга. Наверное, от двойного горя: одна – от потери дочери, вторая – от «сочувствия» коллег. Она никогда не жаловалась, только в глазах стояли невыплаканные слёзы и мучительная тоска по дочери. Врачи её спасали, сделали сложнейшую операцию, провели трепанацию черепа, ничего не помогло. После операции вся голова у неё была в кровавых бинтах (багрянице): так выглядят раны войны и террористического акта. Жаль, во время её мучительной смерти рядом не было тех, кто довёл её до такого состояния, пусть бы посмотрели, что сотворили, хотя, по моему глубокому убеждению, им всё равно, они не о чём не жалеют. Многие из них сделали себе на этом карьеру или в знак своих особых заслуг трудоустроили кумов в нотариат.